Clive Barker's Hellraiser: Revival — хоррор, основанный на тревоге, а не на скримерах

Clive Barker's Hellraiser: Revival — это хоррор на выживание, который делает ставку на чувство тревоги и дискомфорта, а не на традиционные скримеры. В ходе 30-минутной демонстрации игра показала, что подходит к ключевым темам франшизы — насилию, жестокому обращению, сексуальности и взаимосвязи боли и удовольствия — без обиняков. Разработчики стремятся вызывать у игроков ощущение некомфортности с самых первых минут.

Дискомфорт как основа хоррора

Нарративный директор Энтони де Фолт и геймдиректор Эмиль Есов подчеркивают: «Мы хотим, чтобы игроки чувствовали себя некомфортно. Мы не идем на компромиссы». Сюжет демоверсии повествует об Эйдане, который ищет свою партнёршу Санни после того, как ее утащили в Лабиринт сенобитов. Один из самых примечательных эпизодов разворачивается в сюрреалистичном, постоянно меняющемся пространстве: герой идет по, казалось бы, знакомым коридорам и находит тексты и записки, раскрывающие подробности отношений между персонажами.

Разработчики объясняют, что намеренно решили ставить игроков в ситуации, вызывающие дискомфорт. «Мы хотели столкнуть людей с темами сексуальности и интимности, которые заставляют их чувствовать себя неловко, — но сделать это в рамках того, что можно назвать "безопасным пространством" видеоигры», — говорит де Фолт. По его словам, этот формат позволяет игрокам осмыслить подобные переживания, сохраняя при этом определённую дистанцию от происходящего.

В то же время команда подчёркивает, что не хочет автоматически связывать БДСМ-практики с чем-то негативным. В игре представлен широкий спектр ситуаций: отношения Эйдана и Санни описываются как нездоровые (как и атмосфера внутри культа), тогда как другие персонажи практикуют БДСМ безопасно и по обоюдному согласию. «Для нас было крайне важно не просто указывать пальцем на людей, которым нравится кожа, плети и прочая атрибутика, со словами: "Посмотрите на этих извращенцев!". Мы хотели показать, что существуют здоровые способы реализации подобных желаний, хотя основное внимание в игре уделено тем, кто доводит эти практики до крайностей», — добавляет Есов.

Эсов также отмечает, что персонажи, практикующие БДСМ по обоюдному согласию, — одни из самых психологически устойчивых героев игры. Сцена в клубе подчёркивает социальный аспект и добровольный характер таких отношений, контрастируя с куда более пугающими ситуациями, встречающимися в других частях сюжета. Аналогичный подход применяется и к изображению насилия. Hellraiser: Revival — это хоррор на выживание с элементами боя и использованием огнестрельного оружия, однако разработчики стремятся избегать насилия ради самого насилия. «Всё дело в контексте», — поясняет де Фолт. По словам режиссёра, насилие в видеоиграх рискует утратить смысл, если оно не служит повествовательным целям; в Hellraiser же каждое действие должно быть чётко обосновано тематически.

Эсов также отмечает, что чувство тревоги требует тонкого баланса: «Мы выстраивали игровой процесс вокруг этой идеи: нам важно дозировать напряжение так, чтобы игрок мог прочувствовать его по-настоящему». Наконец, демоверсия выделяется практически полным отсутствием скримеров. В результате атмосфера строится преимущественно на затяжном ощущении напряжения и тревоги, а единственный пугающий момент, призванный усилить эффект, появляется лишь ближе к концу.